155

Резня на хуторе

Дезертиры пришли на хутор и стали требовать у большого семейства денег. Не получив ничего они зарубили всех в том числе и маленьких детей.

Года через три после смерти бабушки я разбирала ее вещи и нашла старый поминальник. На первой странице были написаны имена убиенных Варвары, Ивана, Анны, еще одной Анны, Сергея и младенца Александры. Родители рассказали, что этот поминальник завел мой дедушка после убийства его матери.

На дальнем хуторе
Моя бабушка Прасковья Тимофеевна родилась в Белорецке в 1899 году. Она была вторая из семи дочерей в семье. В 14 лет ее отдали в няньки в уездный город Верхнеурапьск с условием, что хозяйка научит ее шить. Там она и познакомилась со своим будущим мужем, моим дедом Георгием Ивановичем. В 1917 году они поженились. Свадьба была весной, и к происшедшим далее трагическим событиям бабушка была уже беременна первенцем.

Мама Георгия Ивановича, рано овдовев, снова вышла замуж - и очень удачно. Они с мужем вели торговлю зерном, имели большой дом, две мельницы, пекарню, где работал мой дед. При этом дед был настоящим уральским казаком и имел офицерский чин.

В начале октября 1917 года его мама, моя прабабушка Варвара, с младшими детьми находилась на дальнем хуторе. Вместе с ними там был наемный рабочий. Стоял обычный вечер, к их ребятишкам пришла играть девочка с соседнего хутора. В дверь постучали. На вопрос: «Кто?» - голос подала соседка. Они открыли.

Незваные гости
С соседкой зашли два пьяных мужика - дезертиры, убежавшие с фронта Первой мировой войны. Они стали требовать у Варвары деньги. Прабабушка пыталась объяснить, что денег с собой на хутор никто не берет, да и нет в семье наличных, все средства вложены в дело.

Незваные гости приказали всем, кроме соседки, которая их привела, спуститься в подполье, а сами стали искать ценности. Перерыли все, вспарывали шашками подушки и перины, ничего не нашли и, разозлившись, кричали, что если им не дадут денег, то они их всех зарубят. Взрослые сказали, что девочка не их, соседская, она вообще ни при чем, попросили отпустить ее.
- Ну, пусть выходит.

Девочка вышла, дезертиры ее зарубили. А дальше велели всем выходить. И каждого рубили шашками. Сын Петя, которому в ту пору было 10 лет, спрятался в подполье, в месте, где было основание печи. Но соседка сказала, что должен быть еще один ребенок. Злодеи поленились лезть в подполье. Они потыкали в щели пола шашками, попали в Петю, увидели кровь и решили, что убили его.

Осталось в генетической памяти
Когда они ушли, Петя выбрался из подполья и побежал к старшему брату Георгию - моему дедушке. Километров семь бежал по уже заснеженному полю, босой, раздетый, раненый. Добрался, сообщил ужасную новость. Дед быстро собрал казаков, и они поскакали на место преступления, бабушка на телеге поехала за ними. То, что они увидели, всех потрясло. Порубленные шашками тела взрослых и детей, младшей из которых было около месяца.

От потрясения бабушка вскоре потеряла своего ребенка. А казаки устроили погоню и вскоре задержали дезертиров. Их и соседку судили и приговорили к какому-то наказанию, но тут случилась Октябрьская революция, и чем все кончилось, я не знаю.
Зато поняла, почему мне в детстве часто снился один и тот же страшный сон: будто я нахожусь в подполье, а наверху, надомной, стоят враги и хотят меня убить. Видимо, эта история осталась в генетической памяти.

5
0
Комментариев: 2
Только зарегистрированные пользователи могут комментировать посты.
0
0

Другие времена были, другие нравы, к стенке однозначно.

0
0

Да, отморозки конченные, людьми назвать, язык не поворачивается.

Самое читаемое

Подписаться на главные новости недели